Приятного прочтения.

Шапка

инирован.>. Значит, ртуть, азотная кислота и спиритус вини?..
- Не прекращаю восхищаться вами, князь! - задумчиво промолвил шевалье, когда они попрощались с лейб-медиком и выбрались из-под земли на воздух. - Такой фонтан знаний, умений. Кто вы? Откуда? Я начинаю верить во второе пришествие…
Прозвучало это примерно так: умен? Проверить национальность!
- Ага, явление Христа народу, так и быть, друг мой, нынче ночью отпущу вам грехи. Тем более что мы, вроде, собирались в бордель, - пообещал Буров, замолчал, дабы усилить эффект сказанного, но, глянув на карету, дожидающуюся у входа, наплевал на паузу. - А вот и чудо господне! Не так уж наша рыжая знакомая и погорячилась. Вот кто вызывает неподдельное удивление…
Действительно, с Бернаром, с этим чудовищем, разнузданным развратником, произошла разительная перемена. Добрый, сытый, сполна вкусивший от щедрот шерстяного короля, он сидел на козлах и читал фундаментальный труд Макиавелли “Государь” <Никколо Макиавелли (1469-1527) - итальянский политический деятель, мыслитель, историк. Считал, что для достижения целей все средства хороши. Книгу “Государь” очень любил читать Сталин.>. Бегло шелестел страницами, вдумчиво морщил лоб и, ухмыляясь, крошил непоседливым воробушкам сладкую булочку-бриошь. Ах, какая идиллия!
Буров, придержав в кармане склянку с бертолеткой, влез в карету, сел, посмотрел на шевалье, даже не пытающегося сдержать зевок.
- Что, устали, мой друг? Еще немного, еще чуть-чуть. Нам нужен грамотный ружейный мастер. А лучше - несколько. Работы им хватит…
- Господи, князь, может, завтра, а? - взмолился шевалье, однако, встретив взгляд Бурова, сник и обреченно развалился на подушках. - Ладно, будут вам мастера. Будут. Целый квартал. Эй, поехали! На улицу Мортельери!
Бернар бережно закрыл свой источник знаний, положил его под зад, видимо, чтоб не расплескать ни капли, и лихо направил экипаж на правый берег Сены. В длинный, изгибающийся дугой квартал, напоминающий кишку. Здесь пахло солью, кожами, гниющими останками животных, дубильными и красильными растворами, чернильными орешками, протравами, мездрой, золой, жженым волосом и известью. А еще - раздуваемыми горнами, скворчащим, испаряющимся маслом, светящейся, бьющей в фартуки окалиной, крепким потом насилующих наковальни людей, железом, углем, формовочной землей. Не удивительно - одну половину квартала занимали кожевенники, другую - кузнецы-оружейники. Места хватало всем.
- Ну, здесь, конечно, не у Буте <Известный мастер, директор королевского ружейного завода в Версале.>, - Анри со вздохом вылез из кареты, потянул носом воздух, сплюнул. - Но мастера не хуже, с личными клеймами. Заглянем-ка вот сюда, я знаю хозяина. Как его зовут-то?.. Он еще маркизу делал парадное охотничье ружье. Постарался, сногсшибательная инкрустация. А, вспомнил - Просперо. Мастер ружейных стволов. На его клейме полумесяц и шестиконечная звезда.
Оружейник Просперо о

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51