Приятного прочтения.

Шапка

ье вывинтились из толпы, выбрались на воздух и облегченно, хоть и с некоторой обеспокоенностью, вздохнули - как там у Бернара? Штормит? Только волновались они зря. Карета стояла неподвижно, на ровном киле, орловские рысаки напоминали овечек, а сам Бернар сидел на козлах под уличным фонарем и с увлечением листал свою любимую книгу. Правда, узнать его было нелегко. На нем был щегольской, вычурно украшенный камзол, модная шляпа с невиданным плюмажем и сногсшибательная парчовая перевязь с богатой, инкрустированной перламутром шпагой. Когда успел? На его фоне Буров и шевалье выглядели бледно. И это невзирая на свежий, наискось через весь лоб след. Кровоточащий от чего-то колюще-режущего.
- Ладно, что ни делается, все к лучшему, - мрачно заметил шевалье, залез в карету и плюхнулся на атлас подушек. - Если судить по плюмажу, то у нас за кучера виконт, не меньше. Так что теперь мы уж точно одолеем Скапена. Его разорвет от хохота.
Но чувствовалось, что ему самому было не до смеха. Да и Бурову после похода в театр было как-то не по себе.
- Куда мы дальше? - спросил он автоматически, никуда особо не желая. - Ночь на дворе.
На самом деле ему хотелось, чтобы побыстрее настало утро. Интересно, получил Бертолли гремучую ртуть? И если да, то сколько?
- Не вижу ничего дурного в том, чтобы из одного бардака поехать в другой, - пожал плечами шевалье, криво усмехнулся и криком распугал окрестных кошек: - Эй, там, на козлах! Ваша светлость, извольте в “Трюм”!
Бернар изволил, - с ветерком, поскольку дорога была ему хорошо знакома.
Выглядел веселый дом на первый взгляд невесело - мрачный фасад, стрельчатые окна, дубовая, почерневшая дверь. Однако, как говорится, не верь глазам своим. Стоило Бурову и шевалье войти внутрь, как их сразу же окружила атмосфера бесшабашности, какой-то исступленной вседозволенности, вакхического, безграничного восторга. Фривольно наяривала музычка, разгуливали женщины в дезабилье <Пограничное состояние между откровенностью в одежде и тотальным отсутствием оной.>, на стенах, пестреющих эстампами, сплетались в неистовых объятьях пары. Да что там стены, да что там эстампы… Какой-то кавалер прямо в зале, ничуть не утруждая себя мыслью об уединении, служил чреслолюбивому Эросу со всей силой мужского естества. Не замечая ни съехавшего парика, ни полуспущенных штанов, ни отстегнувшейся подвязки с золоченой пряжкой. Во всем мире сейчас для него существовала лишь пышногрудая брюнетка, страстно галопирующая на его голых бедрах…
- А, это вы, мой друг, - sous-maitresse <Помощница хозяйки борделя.> улыбнулась шевалье, словно доброму знакомому, и кокетливо погрозила пальцем. - Надеюсь, вы больше никого не будете выкидывать из окон? Пребывайте в мире, господа, бросайте лучше палки. Сударь, вы согласны со мной? - Она оценивающе прищурилась на Бурова и завлекающе, словно приказчик в лавке, повела наманикюренной рукой. - Выбирайте, господа, у нас девочки на любой вкус. Маль

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51