Приятного прочтения.

Шапка

отятами…
Дело было вовсе не в пирожках и не в котятах. Вот уже часа два они прогуливались вблизи аббатства, любовались на высокие стены, на массивные, тараном не возьмешь, ворота, на все эти врезающиеся в небо шпили, розетки, купола. Построено было добротно, на века, из бутового, не знающего износу камня. Братия была многочисленна, сторожевые псы натасканы. В общем, не обитель веры - головная боль, фортеция, которую в лоб не возьмешь. Наконец, когда корзинка опустела и весь сидр был благополучно выпит, а из-за туч выглянуло солнце, Буров тоже просиял и повернулся к шевалье.
- Эврика. Поехали, мой друг, вы, должно быть, уже изрядно надышались воздухом.
Лезть в аббатство Сен-Жермен де Пре он надумал через печную трубу.
- Поехали, поехали, - обрадовался шевалье. - А то зрелище всего этого великолепия действует на психику не лучшим образом. Сразу остро ощущаешь свое несовершенство, вспоминаешь с трепетом о вечности, очень хочешь совершить какую-нибудь глупость. Ну, скажем, поделиться от щедрот своих с голодным и холодным церковным нищим. Естественно, в меру скромных сил и ограниченных возможностей. Милостыня от всего сердца… Это ведь так по-христиански, а, князь?
Однако облагодетельствовать по-христиански своих братьев во Христе шевалье не пришлось. Бернар не дал. Он уже успел обчистить до нитки всех окрестных нищих, отбил все внутренности их патрону, плечистому бандиту, и сейчас, устроившись на козлах, с увлечением считал добытое. Судя по количеству су <Мелкая монета, одна двадцатая ливра.>, лиардов и даже ливров, дела у здешних попрошаек шли совсем неплохо.
- Помяните мое слово, князь, когда-нибудь он привезет нас прямо в ад, - шевалье вздохнул, открыл дверь экипажа. - Ну а пока нам куда?
- Вооружаться. Кто хочет мира, тот готовится к войне, - Буров выбросил руку вперед и согнул указательный палец, будто надавил на спуск, и вдруг завел фальшиво, по-русски, непонятное: - Мы мирные люди, но наш бронепоезд стоит на запасном пути… - Тут же он виновато хмыкнул, потупился и перешел на французский: - Но вначале, мой друг, нам нужно купить веревку. Подлиннее и потолще.
Не одну только веревку. В сонмище лавчонок, что на рынке близ ратуши, Буров приобрел еще кое-какой инструментарий, купил крепкий, о четырех лапах, якорь, разжился фонарем с зеркальным отражателем, достал сутану с капюшоном, какие в моде у монахов. Выбирал вдумчиво, не торопясь, со знанием дела. Как постелешь - так и поспишь.
А вокруг, поражая звуками, энергией и фантасмагорией запахов, кипела парижская жизнь.
- Вафли! Пирожки! Пышки! - кричал пирожник, расхваливая свой товар. - Булочки - как женская задница! Такие же горячие, мягкие, пышные!
- Прочь печаль и прочь тоска, вот отличная треска! - белугой завывала торговка рыбой, приплясывала и хватала покупателей за рукава. - К постным дням берите, счастье мне дарите!
- А вот купите соус хваленый, цветом зеленый! -

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51