Приятного прочтения.

Шапка

елял внимание вопросам секса, женской красоты и взаимоотношения полов. При этом он успевал есть, пить, задавать вопросы и изящно жестикулировать. Цицерон, Юлий Цезарь <Говорят, тот умудрялся делать сразу несколько вещей.> и Сократ <Считается, что Сократ был самым умным человеком в истории.> в одном лице.
Наконец он покончил с десертом, отложил серебряные вилку и нож и промокнул губы батистовой салфеткой.
- Благодарю вас за компанию, господа. Вы непревзойденные слушатели.
Тут же раскланялся и, с ходу закадрив не занятую даму, скрылся с ней в монастырских недрах. Перешел от теории к практике.
- Какой полет мысли! Какой слог! - прошептал Анри восторженно и от прилива чувств загнул в штопор серебряную ложку. - Помяните мое слово, князь, этот человек войдет в историю, как великий философ! Вольтер по сравнению с ним кажется сопливым школяром. А уж Дидро-то… Нет, положительно, его можно слушать всю ночь…
Он резко замолчал, посмотрел на Бурова, и оба, ухмыляясь, опустили глаза - время было потрошить Скапена, а вставать так не хотелось. К тому же этот плут оказался картежником, из заядлых, и, пребывая в объятьях “фараона” <Т.е. играл в “фараона”.>, которую уже игру держал банк. Метал абцуги <Абцуг - пара карт, раскладываемых банкометом по правую и левую руки.> направо и налево. Под звон презренного металла, завистливое перешептывание публики и яростные проклятья понтеров <Игроки, сражающиеся с банкометом.>. Ну как такого возьмешь? При стольких-то свидетелях? Впрочем, дело вскоре разрешилось само собой…
- Господа, это как же? - вдруг вскричал на весь зал один из понтеров, крупный, в маске Пьеро, и голос его выразил сложную гамму чувств, от несказанного удивления до праведного гнева. - Карты-то того, крапленые. Господин банкомет, вы шулер! Грек <У французов слово “грек” синоним шулера.>!
Карты, строго говоря, были подрезаны - одни по форме напоминали бочонки, другие - песочные часы, - все для того, чтобы сподручнее было вытаскивать из колоды за середину или за концы.
- Я? Я шулер!? Грек? - возмутился банкомет и, словно уколотый шилом в чувствительное место, вскочил. - Вы, милостивый государь, посмели осквернить честное имя Джованни Джиакомо Казановы, кавалера де Сенгальта, и сейчас об этом очень пожалеете! Требую сатисфакции. И немедленной.
При этом он расправил плечи, приосанился и очень мужественно возложил ладонь на эфес шпаги. Красив, ох, красив, а уж грозен-то… однако же и понтер Пьеро был не лыком шит.
- Хрен тебе, грек, а не сатисфакцию! - в ярости воскликнул он и приголубил Казанову подсвечником. - Получи абцуг!
Подсвечник был массивный, на четыре свечи, размах хороший, по полной амплитуде. Явственно чмокнуло, брызнула кровь, с кавалера слетела маска. Мужественно, так и не отняв пальцы от эфеса шпаги, он рухнул на пол. До смертоубийства дело, правда, не дошло - помешал парик. Бесчувственного банкомета понтеры потащили из зала. Как

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51