Приятного прочтения.

Летняя передышка

и бледной, как привидение. - Ты, наверное, замерзла, дорогая? Пойдем-ка в постель.
Он напоминал в этот момент змея-искусителя, Геракла без листка, разудалого массовика вот с таким затейником…
- Значит, Ребро Дракона у нас… - Лаура наконец пошевелилась, взгляд ее сделался осмысленным, а в голосе послышалась решительность. - Ну и отлично. Завтра же и тронемся.
Так и сказала, стерва, - у нас.
- Тронемся, тронемся… - заверил Буров, положил ладонь ей на бедро и нежно, но напористо потянул в постель. - А сейчас баиньки, баиньки…
- Подожди, Василий, я серьезно, - Лаура вывернулась из его объятий, крепко, по-мужски, взяла за плечо. - Поехали со мной. В Италию. В Неаполь. К моему дяде, князю Раймондо.
Ишь ты, поди ж ты, как заговорила! А может, и небезнадежна? Не такая уж и стерва?
- В Италию? - Буров усмехнулся и снова положил ладонь, но уже не на упругое бедро - на лакомую, восхитительную на ощупь ягодицу. - В Неаполь, по делу? К дяде?
- Да, да, к моему дяде Раймондо, - Лаура прижалась к нему, обняла за шею, зашептала в ухо: - Его еще называют Итальянский дьявол <Речь идет о князе Раймондо Партенопе ди Сансеверо, личности таинственной, неоднозначной и до конца не понятой потомками и историками. Весьма влиятельный вельможа и блестящий аристократ, он посвятил свою жизнь не дворцовым интригам, а изучению магии, алхимии, философии и медицины. И достиг немалого. Достоверно известно, что он успешно лечил рак, изобрел химический состав обработки шелка, совершил решающий прорыв в производстве фарфора, а главное - постиг секрет превращения мрамора в пластичный и прозрачный материал. Так, статуя Христа в семейном склепе князя поражает воображение и кажется не высеченной из глыбы мрамора, а вылепленной из какого-то податливого материала и одетой в настоящий просвечивающий саван. Однако при всем при том князь прославился как изувер, чернокнижник и отъявленный вивисектор, проводящий опыты на людях. К слову сказать, гениального скульптора Санмартино, изваявшего статую Христа, он, повторяя пример нашего Иоанна-свет-Васильевича, лишил зрения.>. Нет ничего в природе, что бы не было ему по силам. Разве что Камень Мудрецов… Ну ничего, теперь, с Ребром Дракона…
Тело ее дрожало, глаза расшились, грудь бурно вздымалась от переполнявших душу чувств. Да, такая при своем дяде дьяволе, да еще владеющем Камнем Мудрецов, натворит делов.
- Не, не поеду, - Буров отстранился и спросил прямо: - Ну так что, мы идем в постель или продолжаем говорить о дяде?
Было совершенно ясно - не поедет. Ни за какие коврижки.
- Ну как знаешь, - Лаура передернула плечом и медленно пошла к постели, - было бы предложено. - Легла и, как в бреду, повторила, не разжимая зубов: - Как знаешь… Как знаешь…
Боль, скорбь, отчаяние - чего только не было в ее свистящем шепоте. Когда же дыхание Бурова сделалось глубоким и ритмичным, она встала, бесшумно оделась и вытащила из

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51