Приятного прочтения.

Летняя передышка

> и, говорят, весьма дружны с графом Калиостро, связанным то ли с франкмасонскими, то ли с розенкрейцеровскими, то ли еще с какими кругами. В общем, дамочка - вырви глаз, а салон ее мало что вертеп, притон разврата и дьявольское гнездо, так еще и альма матер политической интриги. Говорят, на днях там видели маркиза де Шефдебьена с принцессой де Ламбаль. В дезабилье и масках…
Буров и шевалье съели суп, расправились с пуляркой, отдали должное салату, фрикассе из кролика, индейке, ветчине. Честно говоря, им пока что было глубоко плевать и на маркизу, и на аббата-чернокнижника, и на масонские круги, и на дьявольские треугольники. Погорячее бы, погуще, побольше. Поев, попив, они поднялись, поблагодарили рассказчицу и направились в парк - вроде бы на променад, а на самом деле на военный совет. Брать аббатство было решено без промедления, нынче же ночью, для чего предполагалось выдвигаться тайно, пешим ходом, потому что просто так, без объяснений, экипаж маркиз не даст, да и вообще скорее всего не отпустит из расположения части. Ну и плевать, идти не так уж и далеко и наверняка не скучно: под покровом темноты что ни шаг, то приключение.
- Встречаемся в полночь, у фонтана, - подытожил Буров уже на крыльце.
Кивнул, махнул рукой и подался к себе - готовить снаряжение, морально настраиваться, общаться с подушкой. Ночь обещала быть запоминающейся.
“В полночь так в полночь”, - шевалье хрустнул пальцами, разминая руки, и невольно улыбнулся в предвкушении авантюры - он ведь даже не спросил, чего ради надо подставлять голову. Жажда приключений манила его, как магнит; как же, ночью, тайно, в чужой монастырь, да не со своим уставом, а с десятизарядной бандурой. Риск - благородное дело. Потом, опять-таки, как ни крути, - чувство локтя. Лезет себе князь к черту на рога, значит, надо ему, князю. А мужик он надежный, тертый, не боящийся ни смерти, ни крови. С ним хоть и хлопотно, но весело. Как такому не помочь? Все равно сдыхать когда-нибудь да придется, так уж лучше с музыкой.
Время до полуночи пролетело с приятностью, а постарались в том Морфей, повар-виртуоз и хозяин дома, более не докучавший своим тягостным присутствием.
- Спит он, лежит как бревно, - сообщила Мадлена за ужином Бурову и улыбнулась понимающе, впрочем, без намека на злорадство. - Набрался в одиночку, по-английски. Но на русский манер - чокаясь с самим собой в каминном зеркале…
Лаура тоже что-то не показывалась, остальным было наплевать, так что Буров и шевалье двинули в самоволку без проблем. Можно было, конечно, оборзеть в корягу и запрячь Бернара с рысаками-орловцами, но из соображений конфиденциальности не стали, аккуратно так перелезли через заборчик и рванули пешком - тише едешь, дальше будешь.
Ночь была тревожной. В переулках, в глубине дворов, слышалось движение, возня, временами бряцало оружие, раздавался вопль, резкий, сдавленный, будто придушили кошку, из ворот выныривали чьи-то тени, мчались вдоль дом

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51