Приятного прочтения.

Врачевание и психика

нажды вечером он опять объявился - остановил свой грузовичок напротив их дома, сидел и терпеливо ждал. Джулия вернулась с работы, они поужинали и теперь потягивали на крыльце холодный чай с лимоном, наблюдая, как солнце, не тревожимое облаками, безмятежно укладывается спать за невысокими горами.
- А он упрямец.
- Идиот.
- По крайней мере под ноги не лезет. Воспитанный мальчик. - Все те, кто приезжали к нему раньше, обычно влетали на машинах во двор и, спрыгнув на землю, с ходу начинали предлагать ему контракты, устанавливали камеры, с чувством пожимали ему руку, радостно суетились, уверенные, что делают стоящее дело и наконец-то отыскали эльдорадо. Боб неоднократно вызывал людей шерифа, последний раз:
- чтобы выдворить немцев, которые вели себя уж очень бесцеремонно.
- Никак не уезжает. Неприятная ситуация. Бедняжка ИКН4. Она-то за что все это терпит.
- Ничего, не рассыплется. Зато она теперь знает, что ее отец - необычный человек. Думаю, она даже испытывает гордость.
Суэггер взглянул на жену. Джулия, загорелая, красивая, с проседью в белокурых волосах, с тех пор как они поселились в Айо, носила только джинсы, футболки и ботинки. Она работала, как проклятая, наверное, даже больше, чем он, Боб, и это уже говорило само за себя.
- Сколько ему, говоришь? - спросила она.
- Двадцать два, наверно. Если хочет приключений, пусть идет в морскую пехоту. Несколько недель на острове Парис пошли бы ему на пользу. А здесь нечего околачиваться: только ребенка пугает и меня злит.
- Не знаю почему, но мне кажется, он не такой, как другие.
- Просто он напоминает тебе Донни, - ответил Боб, назвав имя первого мужа Джулии.
- Да, наверно. Такой же робкий и неуверенный в себе.
- Донни был отличным парнем, - заметил Боб. - Лучше я не встречал. - Донни умер у него на руках. Боб до сих пор отчетливо помнил, как булькала кровь, тонкой струйкой выливаясь из простреленного легкого, помнил его взгляд, устремленный в пустоту, как он корчился от дикой боли, судорожно цепляясь левой рукой за его плечо.
Потерпи, Донни, о Боже, санитары! Санитары! Проклятье! Санитары! Только не умирай, все будет хорошо, клянусь, все будет хорошо.
Но все было из рук вон плохо. Санитары не объявлялись. Боб, с раздробленным бедром - тот же ублюдок постарался, - остался один у дорожной обочины. Донни пришел забрать его, но тоже получил пулю. Боб помнил, как Донни прильнул к нему, отчаянно впиваясь пальцами в его тело, словно Боб был для него сама жизнь. Но потом пальцы обмякли, кровь остановилась.
Боб не любил вспоминать, как умирали его друзья. Иногда получалось держать себя в руках, но, бывало, он терял над собой контроль. В душе поселился мрак. В прежнее время он залил бы свою боль виски.
- Прости, - промолвила Джулия. - Мне не следовало говорить об этом.
- Все нормально. Черт, пойду-ка

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52