Приятного прочтения.

Вышивание

и ненависти. Оголенные руки испещрены татуировками - свидетельствами тридцати пяти лет тюремного заточения, на худом лице два шрама, но свирепые глаза не слезятся; седые волосы острижены под ежик.
- Убирайтесь, - повторил старик, вскидывая ружье, - или я, видит Бог, повышибаю все ваши чертовы мозги.
- У нас к тебе дело, - заявил Боб.
- С такими, как вы, мистер, я дел не имею. На негров работаете? Держу пари, это проклятые черномазые прислали вас сюда. Проваливайте, или, клянусь Богом, я отправлю вас в ад, как того проклятого негра.
- Мы ни на кого не работаем, - отвечал Боб. - Я - Боб Ли Суэггер, сын Эрла Суэггера, и пришел сюда поговорить о том дне, когда погиб мой отец. Больше мне от тебя ничего не нужно, Джед.
Старик опустил ружье, но агрессивности в нем ничуть не убавилось. Напружинившись, сотрясаясь от злости мелкой дрожью, он смотрел на них исподлобья, словно терьер, готовящийся вцепиться в горло. Его маленькие глазки, превратившиеся в щелки, налились кровью.
- Твой чертов папаша сломал мне челюсть, - взвизгнул Джед. - Вот почему у меня такое безобразное лицо. Из-за твоего сукина родителя я вот уже сорок лет страдаю.
- Если мой отец врезал тебе, значит, было за что, Джед, и я уверен: этот удар ты запомнил на всю жизнь.
Джед отступил на шаг. В его глазках что-то вспыхнуло, подтверждая предположение Боба: да, независимо от того, что происходило после, Джед Поузи прекрасно помнил тот день, когда Эрл Суэггер свернул ему челюсть.
- Что ты хочешь знать? - спросил старик. - Это же было так давно. Джимми Пай убил твоего отца, твой отец убил Джимми Пая и его брата Буба.
- Мне надо кое-что уточнить.
- С какой стати, черт побери, я должен распинаться перед каким-то Суэггером? Нет такого закона, что я должен разговаривать с тобой.
Старик сплюнул в пыль вязкую табачную слюну.
- Закона, может, и нет, - сказал Боб, - но есть кое-что другое. То, что старый козел вроде тебя понимает хорошо. Деньги. Ты уделишь мне час своего времени, я дам тебе двадцать долларов.
- Двадцать долларов! Ты меня за идиота держишь, мистер? Двадцать долларов? Сорок, Суэггер! За сорок долларов я отвечу на все твои вопросы, будь они прокляты.
Расс двинулся вперед, но Боб его остановил.
- Я сказал "двадцать долларов". Значит, двадцать. И ни цента больше. С мерзавцами я не торгуюсь. Пошли, Расс. - Боб повернулся, потянув юношу за собой.
Расс бросил на него ошеломленный взгляд, как бы спрашивая: "Ты что, спятил?", но Боб рванул его за плечо, заставляя следовать за собой к лесу.
- Будь ты проклят, Суэггер. Тридцать долларов.
Боб обернулся.
- Я же сказал, со швалью я не торгуюсь. Бери, что дают, либо я ухожу, и не видать тебе двадцати долларов как своих ушей ни сегодня, ни завтра, ни через сто лет.
- Будь ты проклят, Суэггер.
-

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52