Приятного прочтения.

Паровой дом.

л он. – И несколько компрессоров. Помню, в Тунисе наткнулись на слой щебня, который не могли взять киркой. Раскрошили отбойным молотком. Изумительный инструмент!
– И через сколько лет мне здесь появиться, чтобы оценить ваш труд?
– Что? – спросил Гродин, подняв на американца глаза и нервно попыхивая трубкой.
– Использовать отбойные молотки на такой могучей скале – то же самое, что зубочисткой сверлить дырку в Китайской стене.. Я предлагаю более кардинальный способ. – Бейкер довольно улыбнулся, даже его замечательные уши покраснели.
– И какой же?
– Взрыв!
Гродин задумался на секунду.
– А ведь это мысль!
– Сверлим несколько отверстий у основания, закладываем взрывчатку… Бах!… Получится не проход, а целая автострада.
– В этом чтото есть, Бейкер! Очень неплохая мысль…
Тут не выдержала я:
– Вы что, сдурели?
Оба повернулись ко мне, словно впервые увидели.
– Вы оба спятили! – продолжала я. – Вести взрывные работы в горах, не разведав их толком? Да вас обвалом накроет! Или ступенька, на которой стоит колодец, обрушится! Что, есть желание теперь постамент собирать по осколочкам?.. А вы, Бейкер, еще ответите за ту запись в моем паспорте!
Первым отреагировал американец.
– Это кто тут развякался? Русская скалолазка? У меня есть ненавязчивое желание скинуть тебя с обрыва. Как тебе такой альпинизм?
– Девчонка права, – сказал Гродин – Мы не можем рисковать.
И вернулся к доказательству преимущества отбойных молотков. А нас с Лехой турки тем временем втолкнули на узкую тропку между скалами. Минут десять мы шли, подгоняемые тычками автоматных стволов, пока не оказались на горном лугу.
Здесь собралось уже много людей. Они раскрывали ящики с инструментами, растягивали шатры палаток. Два геодезиста с теодолитом и трехметровой линейкой измеряли рельеф.
– Алена, чего они все делают? – спросил Овчинников.
– К пикнику готовятся.
– Понимаю, – кивнул он. – А мы, значит, в качестве основного блюда. Занятно… Хотя я и сам бы с удовольствием откусил от тебя кусочек.
– Это завуалированный комплимент, вызванный долгим удержанием и сексуальным голодом?
– Нет, – ответил Леха. – Просто голодом.
Турок с автоматом – у этого была только одна серьга в левом ухе – подвел нас к скрытым в траве развалинам, куда я едва не провалилась утром.
– Сюда, сюда! – твердил он, довольно улыбаясь. – Здэсь вам будет карашо, здэсь вам будет уютно.
Он подталкивал нас в направлении темного спуска, ведущего под землю. Вниз вели перекосившиеся каменные ступени, низкий свод обрушился во многих местах. С опаской наклонив голову, Леха полез первым. Я уже собралась за ним, как внезапно почувствовала грубую ладонь на ягодице.
– А ты не спэши, красотка…
Я замерла. Внутри меня возник неприятный холодок.
К горлу подступила тошнот

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52