Приятного прочтения.

Север против Юга.

ался, а я ничего не могла поделать. Сил не осталось противостоять этому зверю…
И тогда трубку взял Леха.
– Послушай ты, мразь! – сказал он порусски. – Не знаю, понимаешь ли… Но вот это должен понять… – И Овчинников произнес резко, с оттяжкой: – Ффак юу!
Он выключил телефон и обнял меня. Я – все лицо в слезах – уткнулась в его грязную рубашку. Он поцеловал меня в щеку, погладил мои волосы.
– Держись, Алена. Не верю, чтобы такая девчонка раскисла у самой цели.
Я почувствовала внезапный прилив нежности к нему.
Почему мы разошлись? Он ведь пил только изза того, что я мало бывала дома. Тренировки, архив, заграничные командировки… Каждый вечер, день за днем. Эх я! Выходит – и впрямь такая жена…
Я впилась в его губы, и он ответил на поцелуй…
* * *
Мы бежали по склону, низко пригибаясь к камням и скрываясь за ними. Вертолеты носились над долиной, но нас пока не обнаружили.
Кларк не брал трубку. Два раза звонила прямо на ходу. Значит, чтото произошло либо чтото не складывается. В любом случае, только на него вся надежда.
Наемники разделились на группы. Каждая двинулась к определенной горе. К подножию нашей подошли пять человек. Они пока далеко внизу и еще не видят нас, но теперь нам с Лехой нечего и мечтать о привале. Сзади будут поджимать стрелкиальпинисты.
И мы упрямо карабкались по склону, который становился все круче. Разреженный горный воздух давал о себе знать.
Я частенько поглядывала наверх. Пещеру со склона не видно – только козырек. Он приближался, правда, не так быстро, как нам бы хотелось.
Скоро в ход пошло альпинистское снаряжение. Перед нами вырастали короткие крутые откосы, которые трудно обойти. В промежутках между вертолетными рейдами я карабкалась на них, крепила наверху веревку и помогала подняться Алексею.
Наконец мы остановились перед отвесной стеной. Это последняя преграда, которую необходимо преодолеть, чтобы добраться до гробницы. Но сил на подъем не осталось. Нужен отдых.
Тяжело дыша, я повалилась у стены. Захватывающая дух панорама гор не трогала душу. Сейчас все мысли только об одном – как преодолеть последний участок?
– Смотри, – вдруг сказал Овчинников, указывая на чтото рядом с собой.
Я подползла к нему на коленях. Подняться не хватило сил.
На каменной стене виднелись едва заметные знаки. Я стерла ладонью пыль, и нашим глазам открылась надпись на минойском иероглифическом языке, запечатанная изображением двойной секиры.
– Символы похожи на те, что покрывали запястье руки Героса, – сказал Овчинников.
– Все правильно. Их оставили по его приказу. – Я попыталась перевести короткий текст. – Царь Герос повелевает тебе… остановиться.
– Что это означает?
– Согласно легенде, царь велел расставить вокруг пещеры ловушки, чтобы никто не мог пробраться к Эндельвару. Видимо, эта надпись – предостережение.


1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53