Приятного прочтения.

Север против Юга.

Я гордо вздернула подбородок, возвела глаза на узкую полоску неба между скал, словно непримиримый политический узник.
– Ладно, молчимолчи…
В следующее мгновение он так сильно толкнул меня в спину, что от неожиданности я едва не проглотила драгоценную добычу.
Вот мучений было бы! Я не йог, чтобы глотать стекла без последствий для здоровья.
Но все обошлось.
Гродин далеко обогнал нас, и, когда мы вышли на луг, он уже входил в палатку. На ее пологе красовался герб университета Йорка – щит с тремя соборами.
Хоть бы университет не позорил!
Возле развалин меня вдруг охватила паника: как Бейкер будет спускать меня обратно к Овчинникову. А вдруг бросит! Высота – метров семь. Я себе ноги переломаю о каменный пол!
Ух, кажется, свободный полет отменяется: турки приготовили веревочную петлю. Бейкер поставил меня перед отверстием и накинул петлю на шею. Потом криво усмехнулся:
– Может, так тебя и спустить?
Я молчала. Многое могла бы высказать ему, и неизвестно чем бы дело кончилось. Но на свое же счастье во рту я прятала осколок.
Бейкер расправил веревку, опустил на мою талию и туго затянул.
Черт! Статическая… Эти гамадрилы вряд ли имеют представление, как транспортировать человека. Рванут еще… Не поломали бы меня!
Двое турок взялись за другой конец веревки. Слабина приличная. Эй, так нельзя!…
– Прыгай! – велел Бейкер, подталкивая меня острием ножа.
Я прыгнула. Веревка врезалась в поясницу. Я бы заорала, да стекло во рту не позволяло.
Косолапые турки опускали непрофессионально, рывками. Веревка все больнее врезалась в тело, и мне казалось, что я вотвот потеряю сознание. Руки бы им поотрывать за этот спуск или самих так подвесить!
Когда до пола оставалось около метра, я услышала сверху щелчок. Чтото знакомое… Но вспомнить не успела. В следующую секунду перерезанная веревка лопнула, и я грохнулась на камни, освободившись от мучительной петли.
Обрезанный конец свалился на меня.
Жива. И слава богу. Эх, попить бы еще.
– Алена, как ты? – раздался осторожный шепот Овчинникова.
В окне торчала голова Бейкера, и я не смела шевельнуться, тем более ответить Лехе. Только когда тень Лопоухого исчезла, я отползла к стене.

ГЛАВА 5
Два ночных лазутчика и царь Герос

Свет постепенно меркнул. Наверху наступал вечер. Горло мое напоминало полдневную африканскую пустыню. Я прикоснулась губами к камням стены, но на них, как назло, не было ни капли влаги. Один песок.
Овчинников выспался за день, и к вечеру в нем вдруг прорезался оратор. Он рассказал про всех подружек, с которыми переспал за время разлуки со мной, красочно описав недостатки каждой. Когда подружки закончились, обрисовал внутреннее устройство ночных московских клубов, перечисляя количество столиков и охранников. Последних он помнил по именам. Видимо, не раз и

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53