Приятного прочтения.

Север против Юга.

мел с ними дело. Потом неожиданно переключился на размышления о сущности человека:
– Бренная душа на самом деле принадлежит Господу. Следовательно, человек не волен ею распоряжаться, он как бы арендует душу у Всевышнего. Расплачивается своими чувствами, мыслями, поведением, угодными тем, кто работает в прокате душ. И что же получается? Изза какойто жалкой душонки мы должны лишать себя прелестей массовой культуры, винноводочной продукции? Практически постричься в монахи? Монашество – вот сущность, навязанная нам арендованной душой! Так на хрена такая аренда вообще нужна?!
Посмеиваясь, я пилила веревки стеклянным осколком. Процесс небыстрый, но время есть. Можно резать до тех пор, пока от обезвоживания не начнутся галлюцинации и я случайно не рубану по венам.
Осколок небольшой, кисти крепко стянуты, так что работать очень неудобно. Но я старалась. Пыхтела и не отступала. Ведь я упрямая.
На небе уже горели звезды, гомон из лагеря наверху утих, сменившись стрекотом цикад, а Леха все не мог угомониться. Или он так утолял жажду и голод?.. Как бы то ни было, но теперь мой бывший заливал про исследования срезов льда в Антарктиде. Ума не приложу, где он это услышал. Книг и журналов Леха не читал. Не иначе нажал не ту кнопку телевизора и случайно включил канал Дискавери.
Наконец сдалась последняя веревка, я расправила руки и поднялась во весь рост. Леха замер на словах «гляциологическая обработка данных».
– Помоему, – сказал он, – у меня начались видения. В последний раз такое было, когда я поспорил в «ГрандДинамо» с одним типом, что выпью больше него.
– Ты продолжай пока рассуждать про гляциологию!
Ноги плохо слушались. Еще бы. Просидела часов пять!
Подошла к Овчинникову и стала резать веревки, а Леха послушно затарахтел про исследования полярного льда, но както без энтузиазма.
На Лехины узлы мне понадобилось минут десять. Когда его руки оказались свободны, он замолчал и поднялся, опираясь на стену.
– Что же дальше? – спросил он. – У тебя и семиметровая лестница гденибудь припрятана?
– Я сама себе лестница.
На камни, из которых был сложен подвал, я уже давно поглядывала. И решила, что добраться по ним до светового окна не сложнее, чем влезть на стеклянный небоскреб «Мэйн Тауэр». Вот только скальных туфель нет, поэтому на своде придется тяжеловато. Зацепы там имеются, но выдержат ли пальцы тяжесть тела?
Вокруг пояса я обмотала огрызок веревки, на которой Бейкер спустил меня в подвал, стянула кроссовки.
Выбрала щели в кладке, ухватилась за них, поставила правую ногу на крошечный выступ и оторвалась от пола.
Леха с открытым ртом смотрел на меня.
– А что делать мне? – спросил он.
– Жди пока, – откликнулась я.
Некоторые выступы едва прощупывались, пальцы с трудом цеплялись за них. Здорово пригодился бы «скайхук». Поверхность – как раз для него. Только все мое снаряже

1   
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21   
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41   
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53